Владимир Путин призвал российские университеты выделить изучение русского языка и литературы в отдельную дисциплину и даже создать отдельные факультеты. По словам критиков, инициатива сопровождается намерением жёстко кодифицировать нормы языка и сделать их частью государственной образовательной политики.
Речь о повышении статуса «государственного» языка и создании единого учебника и нормативных словарей уже прозвучала на совещании по поддержке русского языка. Сторонники таких мер утверждают, что язык требует особой системы обучения; оппоненты предупреждают о риске превращения языка в инструмент идеологического контроля.
Критики напоминают историю вмешательства власти в науку и культуру: попытки жёстко регламентировать научные дисциплины, переписывать учебники и культуру часто шли рука об руку с политическим давлением. В случае русского языка это, по их мнению, может означать не только стандартизацию, но и санкции за отклонения от «официальной» нормы.
«Товарищ Сталин, вы большой ученый…»
История знает примеры, когда руководители пытались влиять на языкознание и другие науки, диктуя политически удобные «правила». Такие вмешательства наносят ущерб научной свободе и ведут к искажению дисциплин ради идеологических целей.
«Товарищ Сталин, вы большой ученый —
В языкознаньи знаете вы толк,
А я простой советский заключённый,
И мне товарищ — серый брянский волк»
Даже прошлые примеры идеологического влияния на науку не доходили до требований признания языка «уникальным» на государственном уровне. Современная инициатива по усиленной кодификации и продвижению официальной нормы заметно более масштабна.
«Главная российская училка» взялся за русский язык
Наблюдатели отмечают, что личные представления власти о языке и наличии советников, настроенных на централизацию образования, влияют на политику в сфере преподавания. Ранее подобные инициативы уже приводили к пересмотру школьных программ и учебников в соответствии с государственной линией.
Русский язык: единый учебник и репрессии за «коверканье»?
Помимо выделения предмета в вузах, обсуждается создание «единого учебника» и комплект нормативных словарей — свода правил, закреплённых на государственном уровне. Критики опасаются, что такая кодификация будет использоваться не только для стандартизации, но и как механизм давления на тех, кто не соответствует официальной норме.
С учётом текущих политических реалий есть и более мрачные предположения: унификация языка может сопровождаться запретами и ограничениями в регионах и на оккупированных территориях, где местные языки уже испытывают давление. Нормы могут продвигаться не только образовательными методами, но и административными или силовыми средствами.
Если сейчас процесс будет доведён до жёсткой кодификации и санкционированного преследования за «искажение» языка, это создаст прецедент, при котором язык станет инструментом государственного контроля, а не сферой свободного научного и культурного развития.
Иван Преображенский, кандидат политических наук. Мнение автора — личное.
