Весенняя сессия ПАСЕ: «Новая Россия», «серые паспорта» и споры вокруг трибунала по агрессии против Украины

В Страсбурге 23 апреля завершилась весенняя сессия Парламентской ассамблеи Совета Европы. В тот же день прошло второе заседание Платформы российских демократических сил — консультативного органа при ПАСЕ, созданного после исключения России из Совета Европы в 2022 году, чтобы интересы части российского гражданского общества всё же были представлены на европейском уровне. За пять дней работы делегация представила декларацию о формировании экстерриториального политического субъекта для антивоенно настроенных россиян, доклад о правовом положении эмигрантов без загранпаспортов — и одновременно оказалась в центре громкого скандала из‑за высказываний одного из участников.

Декларация «Новой России» и идея «Русского Тайваня»

20 апреля участники делегации, представлявшие Форум свободной России, объявили о принятии «Декларации граждан Новой России». В документе зафиксирован полный политический разрыв подписантов с нынешними российскими властями, выражена солидарность с Украиной и поддержка её права на восстановление территориальной целостности. Отдельным пунктом вооружённое сопротивление действующему режиму называется «легитимной и оправданной формой борьбы».

Один из авторов инициативы Гарри Каспаров подробно объяснил, почему текст декларации сформулирован столь жёстко. В интервью каналу Форума свободной России он провёл аналогию с практикой получения болгарских паспортов гражданами Северной Македонии, подчеркнув, что в данном случае речь идёт о необратимом шаге. По его словам, после подписания декларации человек автоматически подпадает под действие сразу нескольких статей российского уголовного законодательства, и путь назад для него фактически закрыт. Именно так, считает Каспаров, фиксируется окончательный разрыв с режимом, в отличие от мягких деклараций о намерениях.

По замыслу Каспарова, декларация должна стать политическим и символическим фундаментом концепции «Русского Тайваня» — экстерриториального квазигосударственного образования для россиян, отказывающихся ассоциировать себя с нынешней властью. Подписантам предполагается упростить доступ к документам и легальному статусу в странах ЕС через механизм так называемых «серых паспортов», который параллельно продвигает правозащитный проект «Ковчег». Каспаров рассчитывает, что новый субъект поможет ускорить отток инженеров и IT‑специалистов, ослабляя военный потенциал России: «Каждый уехавший инженер — это минус энное количество ракет и дронов, которые летят в Украину».

По его словам, идея получила поддержку у либеральной фракции ПАСЕ ALDE (Альянс либералов и демократов за Европу), однако руководство Ассамблеи пока не готово брать на себя юридическое оформление подобной конструкции. «Чувствуется, что они как‑то на себя эту головную боль брать не хотят», — признал Каспаров. Продвигаемую им идею выборности российской делегации при платформе, по его словам, руководство ПАСЕ также не поддержало.

Практическое влияние этих инициатив ограничено статусом самой платформы. Политик Любовь Соболь, входящая в её состав, заранее отмечала в интервью, что совместные заявления и обращения носят необязательный характер и зачастую не имеют даже рекомендательной силы для европейских структур. Она также рассказывала, что часть запрошенных встреч с парламентариями в итоге не состоялась, а повестка заседания заранее была известна лишь в общих чертах.

«Серые паспорта» для россиян без загранпаспортов

Параллельно правозащитная организация «Ковчег» представила на площадке ПАСЕ доклад о правовом положении россиян, фактически лишённых возможности получить или продлить заграничный паспорт. Речь идёт о людях, в отношении которых в России возбуждены уголовные или административные дела, об отказчиках от военной службы, а также о тех, кто сознательно избегает регистрации в российских консульствах за рубежом, опасаясь преследования и слежки. По оценкам правозащитников, в ближайшие пять лет в такой правовой ловушке могут оказаться до 50 тысяч человек. Без действующего загранпаспорта они не могут продлевать вид на жительство, официально работать или свободно пользоваться банковскими услугами.

Основательница «Ковчега» Анастасия Буракова и юрист Мария Новикова предложили четыре возможных механизма решения проблемы, опираясь на уже существующие в ЕС инструменты — так называемые «серые паспорта» и проездные документы иностранца. Рекомендации базируются на докладе аналитического центра CASE. Сейчас, по данным «Ковчега», такие документы выдаются крайне ограниченно и по неодинаковым правилам в разных странах. Авторы инициативы призвали Ассамблею поднять тему на уровне национальных парламентов государств — членов Совета Европы, чтобы унифицировать подходы и расширить применение подобных механизмов.

Поддержка соседних стран и проблема транснациональных репрессий

По словам одного из участников платформы Михаила Ходорковского, к моменту сессии члены делегации успели провести встречи более чем с десятью национальными делегациями и получили обещания «либо помочь, либо не мешать». Всего же планируется общение более чем с сорока делегациями. Наибольшее понимание, отмечает он, проявили страны, непосредственно граничащие с Россией: Эстония, Латвия, Литва, Финляндия, Польша и Румыния.

22 апреля во время сессии Росфинмониторинг внёс в список террористов и экстремистов хирурга Андрея Волну — как участника Форума свободной России, который в России признан террористической организацией. Об этом сообщали российские государственные СМИ. При этом трое из пятнадцати членов делегации, включая самого Волну, не смогли приехать в Страсбург именно из‑за проблем с теми загранпаспортами, правовое урегулирование которых они пытались продвигать на уровне ПАСЕ.

Президент фонда Free Russia Foundation Наталья Арно, также входящая в платформу, в одном из своих интервью отметила, что Россия занимает третье место в мире — после Китая и Ирана — по масштабам преследования своих граждан за рубежом. При этом в Евросоюзе до сих пор нет законодательного определения понятий «транснациональные репрессии» и системных механизмов противодействия им. Арно призвала ПАСЕ содействовать выработке такого определения и созданию отдельной системы защиты для российских активистов, по аналогии с практиками, уже существующими в США и Канаде. В ходе сессии она и политик Владимир Кара‑Мурза провели брифинг для послов всех 27 стран ЕС при Совете Европы.

Одним из немногих конкретных институциональных результатов работы платформы стала инициированная Надеждой Толоконниковой декларация от имени российской части платформы с осуждением участия официальных российских структур в Венецианской биеннале. По словам Андрея Волны, документ был поддержан на заседании фракции ALDE и опубликован от имени её председателя на официальных ресурсах альянса.

Скандал вокруг Руслана Кутаева и внутренние конфликты

На фоне всей этой деятельности значительную часть публичного внимания оттеснил скандал вокруг одного из участников делегации. Руслан Кутаев, возглавляющий «Ассамблею народов Кавказа», ранее признанную в России нежелательной организацией, и в прошлом связанный с Асланом Масхадовым, около месяца назад дал интервью украинскому телеканалу. В нём он описал сценарий захвата власти в Москве с опорой на мусульманские диаспоры и заявил, что «в Москве будет поставлена та власть, которая удобна нам», добавив, что его сторонники «заточены, сильны» и «ждут главного события». В той же беседе Кутаев озвучил конспирологические представления о роли «сионистов» в приходе к власти Владимира Путина и Дональда Трампа.

На эти высказывания обратил внимание живущий в Германии российский блогер Василий Крюков, ранее фигурировавший в федеральном розыске в РФ как русский националист. Он сообщил, что направил в ПАСЕ официальное обращение с требованием дать оценку словам Кутаева и прекратить сотрудничество с ним. После этого тему подхватили российские провластные медиа и ряд z‑блогеров, в том числе Сергей Карнаухов, Руслан Осташко, Роман Антоновский, Денис Безсонов, Юрий Баранчик и другие.

Заместитель секретаря делегации Анастасия Шевченко подтвердила, что обращение в Ассамблею поступило, но ещё не рассмотрено. Она также признала, что ранее не знала о скандальных высказываниях Кутаева. При этом Кутаев продолжает числиться в составе платформы, и другие участники публично эту тему почти не комментировали.

Внутренние напряжения на этом не закончились. Бывший адвокат Марк Фейгин накануне сессии в одном из стримов заявил о «заговоре» внутри платформы с целью его устранения, обвинил часть коллег в «антиукраинской» позиции и пообещал «отомстить». По его версии, кампания против него якобы координируется из Москвы российскими спецслужбами.

Дебаты о спецтрибунале по преступлению агрессии

Параллельно с работой платформы в рамках той же сессии ПАСЕ прошли дебаты о создании Специального трибунала по преступлению агрессии России против Украины. Предполагается, что этот орган будет дополнять механизм Международного уголовного суда: МУС не может рассматривать преступление агрессии в данном случае из‑за процедурных ограничений своей юрисдикции, и новый трибунал должен закрыть этот правовой пробел, чтобы обеспечить личную ответственность тех, кто принимал решение о начале войны.

Глава МИД Франции Жан‑Ноэль Барро, выступая в Страсбурге, подтвердил, что Париж поддерживает инициативу. Франция стала 21‑й страной, присоединившейся к Комитету по управлению трибуналом. Авансовая команда — группа экспертов, готовящих институциональную и логистическую базу до официального учреждения органа, — с февраля работает в Гааге и Страсбурге.

Главным препятствием остаётся финансирование. Генеральный секретарь Совета Европы Ален Берсе, отвечая на вопросы украинской делегации, отметил, что пока невозможно назвать точный бюджет трибунала. По его словам, часть государств готова присоединиться уже сейчас, не дожидаясь окончательных расчётов, другие же ждут утверждённой сметы. «Мы готовы. Мы не замедляем темп, скорее наоборот. Но нам действительно нужны сейчас обязательства от государств — с бюджетом, с ресурсами, с финансированием, чтобы следующие шаги состоялись», — подчеркнул он. Ближайшим практическим шагом должна стать министерская встреча в Кишинёве 14–15 мая, на которой ожидается подписание соответствующего соглашения.